От страха к признанию

В своей студии он создавал фотографические «аналоги» известных произведений искусства; так, с помощью приглашённого ребёнка он воспроизвёл одного из рафаэлевских «Ангелов». Впоследствии многие из работ этого периода выставлялись как самостоятельные произведения, а другие Рейландер рекомендовал использовать в качестве заготовок для других творений.

Копируя античные и возрожденческие статуи, Рейландер пытался создать изящество в очертаниях фигуры, мелочах и складках одежды. Его модели, в основном женского пола, испытывали неудовольствие, когда он смачивал водой тонкую ткань одежды, в которую они были облечены, и окрашивал их с помощью кофе, чтобы добиться «простоты и живописности Классики».

Впоследствии Рейландер изменил направление своей деятельности. Его заинтересовали неподвижные многофигурные композиции. Создать что-то подобное при тогдашней технике было непросто. Если фигуры стояли в перспективе, то более далёкие получались мутными. Тогда Рейландер прибегнул к описанному выше методу – монтажу композиции с различных негативов. Изготовление такого произведения требовало определённой сноровки, так как необходимо было точно расположить отдельные фигуры на нужных местах «фона». Тем не менее Рейландер не на шутку увлёкся созданием многофигурных фотографий и с этого момента почувствовал себя Художником с большой буквы. Он ощутил, что просто призван свыше создавать произведения, наполненные глубоким философским смыслом. Однако такие произведения создавались исключительно в закрытой студии. Замечая какую-либо интересную или характерную ситуацию, Рейландер стремился уговорить её фигурантов принять участие в создании фотографической композиции и прошествовать в его студию.

Там они тщательно воссоздавали все позы, в которых из «зафиксировал» Рейландер, и долгое время пребывали в неподвижности. Фотограф, подобно театральному режиссёру, учитывал всё – положение тел, руки участников, выражения их лиц. Проще было, наверно, сфотографировать сцену из какого-нибудь представления в театре, однако и аппаратов таких на тот момент не существовало, и театральные спектакли не были «реалистичными», как того хотел Рейландер.

Относительно «Двух путей жизни» (фотографической картины о двух юношах, см. выше) критики высказывали множество нареканий. Говорили, что произведение извращает сущность фотографии, нарушает согласованность изображения, а также балансирует на грани непристойности. Публика того времени всё-таки по-разному воспринимала наготу в живописном произведении и наготу на фотографии: последняя расценивалась просто как порнография. Впоследствии полотно всё-таки разрешили выставлять в Эдинбурге, но только с тем условием, что «порочная» половина изображения будет прикрыта занавеской.

Впоследствии таких сложных композиций Рейландер не создавал, сосредоточившись на жанровых произведениях. Они должны были запечатлеть реальных людей в их реальных положениях, а так как фотограф хотел ещё и «философии», то он начал изображать события из жизни низших классов – бедноты, беспризорников, бездомных, а также представителей среднего класса, занятых своими семейными и хозяйственными делами. Одна из таких картин, вызвавшая общественный резонанс, называется «Бедный Джо». Создана она в 1861 году. В Лондоне Рейландер увидел ребёнка-беспризорника, спящего на крыльце.

Вернувшись к себе в Вулвергемптон, он нашёл похожего ребёнка, нарядил в лохмотья, усадил в своей студии в нужной позе и сфотографировал. Такие фотографии, выставлявшиеся на публичное обозрение, играли роль своеобразной социальной рекламы. Можно сказать, что Рейландер и породил этот жанр.

Но одними социальными проблемами интерес Рейландера не исчерпывался. В 1871 году он начал сотрудничать с Чарлзом Дарвиным, приняв участие в иллюстрировании его книги «Выражение эмоций у животных и человека». Рейландер сделал около двадцати фотоиллюстраций, позировав на пяти из них («Отвращение», «Возмущение» и др.). Иллюстрация «Огорчение» подтверждает слова Дарвина о том, что сведённые брови и опущенные уголки рта являются универсальными знаками этого эмоционального состояния. По свидетельству Рейландера, ребёнок, выступивший действующим лицом для этой фотографии, действительно расплакался, когда съёмка закончилась. Интересна иллюстрация «Отвращение», показывающая единственное чувство человека, которого вообще нет в животном мире. С помощью этого изображения можно попытаться понять, из каких изначальных «компонентов» эта эмоция возникла у человека в процессе эволюции.

Основным источником дохода для него стали портреты, которые заказывали для него самые разные личности. Другой стороной его портретного творчества были эротические фотографии. И всё-таки, несмотря на нередко успешные продажи своих работ, он оставался бедным человеком, умерев в полной нищете.

Самым большим коллекционером его фотографий был Льюис Кэрролл, автор «Алисы в стране чудес». Рейландер сделал один из самых известных фотографических портретов писателя. Керролл и сам увлекался фотографией, переписываясь с Рейландером и беря у него «мастер-классы».

Рейландер был довольно изобретательным человеком. Свою студию он соорудил в виде горизонтально лежащего конуса. В узком его конце находилась камера, а самое широкое пространство напротив отводилось под сцену. Камера была постоянно в тени, чтобы участники съёмки не обращали на неё внимания. Но самое интересное – это его экспонометр (прибор, анализирующий уровень освещённости), в качестве которого он использовал… кошку. Если глаза его кошки напоминали щели, то он использовал короткую выдержку, если глаза были открыты сильнее, то выдержка увеличивалась, а если они были открыты совсем широко, то Рейландер закрывал объектив, прерывал сеанс и отправлялся на прогулку.

Несмотря на то, что творчество Рейландера очень жёстко критиковалось, он находил и горячую поддержку со стороны некоторых художников и фотографов. Самым главным среди них был Генри Пич Робинсон, соратник и последователь Рейландера. Это тоже художник, впоследствии взявший в руки фотокамеру. Он также использовал в своих работах печать фотографий с нескольких негативов. В отличие от Рейландера, он был более удачливым с экономической точки зрения, и даже получил официальный королевский заказ, по которому обязался присылать королевской семье один отпечаток с каждой своей художественной фотографии.

Он также издал несколько учебников по фотоискусству, которые стали популярными и много раз переиздавались.

Во Франции примерно в это же время работал другой художник-новатор – Надар, он же Гаспар Феликс Турнашон. Поначалу он был настроен против фотографии, отдавая предпочтение традиционной живописи. Надар был известен в Париже как портретист, художник-карикатурист журнала «Шаривари» и театральный драматург. Однако всего этого ему было недостаточно, так как не давало средств к жизни. Поэтому он обратился к фотокамере. Он поначалу стал совладельцем фотостудии своего брата Адриена, но недолго – дело закончилось судебным разбирательством. Тогда Надар организовал свою студию, в которой поначалу использовал фотографию для вспомогательных нужд: фотографировал своих клиентов, а потом с фотографий рисовал портреты и даже карикатуры на них, освобождая клиентов от необходимости позировать. Ему стал делать заказы художник Энгр, работавший в неоклассицистском стиле. Однако впоследствии Надар оценил возможности фотографии по достоинству, найдя в ней большой потенциал для творчества. Он говорил, что фотография – очень хорошее изобретение: теорию можно пройти за час, техникой овладеть за день, но чему нельзя просто так научиться – так это искусству управлять светом. В своих композициях Надар уделял внимание освещённости фигуры и выразительности персонажа произведения. Он снимал в основном героев в положении стоя, использовал только однотонный фон, однако ввёл электрический свет для создания нужного режима освещённости. Надар, кроме того, произвёл первые в мире снимки с воздуха, оборудовав маленькую проявочную на воздушном шаре. Первую такую фотографию он сделал в 1858 году.